/искусство фотографии/
ЦВЕТОВАЯ ГАММА СНИМКА
Владимир Лисюк

Алый цветок, серое небо, желтое платье, красное яблоко. Эти прилагательные — алый, серое, желтое, красное — если вдуматься, отнюдь не дают точного определения, ибо каждый цвет обладает различными оттенками и яркостью.
See more

В черно-белой фотографии всю цветовую гамму, все свойства цвета несет в себе тон — он должен передать в какой-то мере силу этого цвета, соотношение яркостей. Необходимые знания по этим вопросам можно получить в любом пособии по черно-белой фотографии. Сложнее что-либо почерпнуть в литературе человеку, предпочитающему работать в цвете, и цель нашей статьи — помочь такому фотографу.

Психологи установили, что цвет воспринимается человеком с трудом, кроме тех случаев, когда цвет предупреждает об опасности (например, красный сигнал светофора на сером фоне). Существуют сюжеты, где цвет мешает и больше подходит черно-белое решение. Например, горестное переживание, психологическая драма, трагические последствия и т.п.

В цветной фотографии, особенно японской и американской, утвердилась вульгаризация световых решений: кричащие, неестественно яркие цвета и их сочетания. Эта цветовая трескотня заглушает завоевания изобразительного искусства, которое прошло сложную эволюцию. Конечно, часто нужны сочные, звучные краски, особенно в работах тех фотографов, у которых цвет играет не только иллюстративную, но и драматургическую роль. Но кто-то верно заметил, что цвет в некотором смысле подобен яду, — он не опасен только в малых дозах.

Особенно понятны, по-моему, эти рассуждения российским фотомастерам. Ведь для русского пейзажа характерны цветовая мягкость, сдержанность, иногда даже блеклость красок. Посещая выставки наших и зарубежных фотохудожников, можно заметить, что цветотональность — это в интеграле характер народа. Конечно, в отдельности каждому художнику присуще свое любимое цветовое решение. В нашей стране имена фотохудожников мира известны лишь ограниченному кругу людей и потому для примера показательнее назвать имена живописцев, которым свойственно то или иное определенное эстетическое звучание их красок: Матисс — открытость, Шарден — сдержанность, Констебль — контрастность и т.д. Хотя впечатления у каждого зрителя могут разниться, но у меня, к примеру, творчество большинства русских живописцев вызывает задумчивость и одновременно радость бытия: достаточно зрительно вспомнить картины Куинджи, Поленова, Пластова и других наших замечательных художников.

Нет рецептов воспроизведения цветов и их сочетаний для достижения нужного эмоционального состояния зрителя. Гете рассматривал один и тот же пейзаж через цветные стекла и при этом испытывал совершенно разные ощущения: через красное — создавалось впечатление грубого насилия; через желтое — глаз радовался и воспринималось тепло; через синее — ощущались грусть, печаль, уныние; через фиолетовое — отдавало невыносимой тоской; через пурпурное — ужас, а через зеленое — покой.

Конечно, самому читателю должно быть любопытно провести подобный эксперимент и сравнить свои ощущения с ощущениями Гете. Его «Учение о цветах» — сочинение о цветовой гармонии — не единственный труд о цвете известных всему миру людей. Цветовые триады Рунге, равноэнергетический круг Шопенгауэра, цветоряд Адамса, цветовые контрасты Хельцеля, цветовая гармония Оствальда, цветовая теория Кандинского и многие другие теории несомненно представляют интерес для любого серьезного фотографа. Для начала он должен при работе знать то, что уже твердо установлено практикой.

Парные гармоничные сочетания цветов:

синий — оранжевый,
синий — зеленовато-желтый,
голубой — красный,
пурпурный — желтый,
пурпурный — зеленый,
фиолетовый — желтый.

Менее известны гармоничные триады сочетания цветов:

красный — синий — желтый,
красный — синий — зеленый,
пурпурный — желтый — голубой,
фиолетовый — желтый — оранжевый.

Наглядно эти гармонии просматриваются у живописцев (правда, у некоторых. например, у Ренуара, встречаются совершенно несовместимые сочетания цветов, но смотрятся они в удивительной гармонии; как это достигается — загадка).

Рассматривая историю изобразительного искусства от работ первобытных мастеров наскальной живописи до полотен импрессионистов, можно провести аналогию этой истории со становлением фотолюбителя, занявшегося цветной фотографией. Вначале его привлекают яркие краски объектов: цветы, белоснежное облако на фоне синевы неба, пестрая одежда и т.д. Затем его захватывают пленэрные изменения цвета, происходящие под воздействием атмосферы: восход солнца, необычные краски во время заката, синеватые и фиолетовые пятна на снегу и т.д. И, наконец, он старается передать на снимке не только живописность объектов, окутанных воздухом, но и сам воздух — или наполненный пылью и изморозью, или окутанный туманной дымкой, или пронзенный солнечным светом.

Такому фотографу важно знать и учитывать, что выразительность одного цвета зависит от всей композиции. Впечатление от какого-либо одного цвета сильно зависит не только от цвета, расположенного рядом, но и от площади и форм всех цветовых пятен в кадре. Эти сочетания цветов могут в одном кадре выглядеть привлекательными, а в другом отталкивающими. Например, вид радуги после дождя вызывает восхищение зрителя, а сверкающая всеми цветами той же радуги бензиновая лужа на живописной тропинке никакого восхищения, разумеется, не вызывает.

И последнее. Важно различать два понятия, которые многие путают или считают однозначными. Это два соотношения: цветовые и тональные. Цветовые — соотношения цветов. Тональные — соотношения светлот окраски, чаще всего зависящих от яркости освещения тех или иных мест кадра.

В фотографиях, сделанных фотохудожниками, сразу же бросается в глаза ведущая тональность, определенная только ей свойственная система, включающая в себя заметные цветовые акценты, но подчиняющаяся единой гамме.

Фото — Берт Глинн

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *